Кремлю нужна целая Украина | Информационные технологии. Обзоры устройств, комплектующих

В одном из интервью, данных во время саммита G20 в Брисбене, президент подверг резкой критике решение украинского коллеги об остановке социальных выплат жителям Донбасса, находящимся на неподконтрольных Киеву территориях.

Буквально Путин сказал следующее: «Мне кажется, что это большая ошибка, потому что они собственной рукой отрезают эти регионы. Зачем?»

Сказано было с чувством, с нескрываемым разочарованием. Также Путин добавил, что он обязательно обсудит это с президентом Украины и постарается его переубедить.

Кому-то наверняка показалось, что Кремль озабочен целостностью Украины, в частности сохранением Донабсса в ее составе… больше, чем сама Украина.

Так вот — вам не показалось! Это так и есть!

Ситуация пришла к тому, что Кремлю целостность Украины стала важнее, чем самому Киеву. И Москва готова приложить массу усилий чтобы эту целостность сохранить.

Парадокс? Вовсе нет.

Вся политика Кремля по Украине за последние полгода направлена именно на сохранение целостности страны. Всеми доступными средствами.

Заявления о том, что Россия выступает за сохранение целостности Украины, уже не раз делал и глава МИД Сергей Лавров (и это, конечно же, не частная позиция, а линия Кремля) и другие должностные лица. Не раз об этом говорил и сам президент.

И это не просто слова, адресованные Западу.

Были и практические шаги.

Сначала просили отложить референдум.

Просьба президента отложить референдум о независимости ДНР и ЛНР, озвученная за 4 дня до референдума — это одна из попыток сохранить целостность Украины и избежать войны.

Но почему президент так поздно обратился с это просьбой, всего за 4 дня до назначенной даты референдума?

Надо полагать, что до этого попытки отговорить Донецк и Луганск от референдума осуществлялись неофициально. На неофициальные обращения, судя по всему, был получен отказ. Тогда президент принял решение обратиться лично и сделать это достоянием общественности в расчете на то, что его авторитет и публичный характер обращения обеспечат нужный результат. Это была рискованная, даже отчаянная попытка. Она была рискованной при любом исходе, поскольку неизбежно приводила к сомнениям в рядах патриотов, которые выражаются в лаконичном определении «путинслил».

Но Кремлю очень нужно было сохранить целостность Украины. Это было так важно, что Путин навалился на ДНР и ЛНР всем своим авторитетом, сделал публичное обращение и пошел на осложнение отношений с патриотами, расценившими его обращение как «слив», и… попытка оказалась неудачной.

Даже на официальное публичное обращение президента России ДНР и ЛНР ответили отказом.

Кремль взял паузу.

В действительности, это была не совсем пауза. С Донецком и Луганском велась работа, направленная на замедление государственного и военного строительства в ДНР и ЛНР. В мае-июне, пока Стрелков держал оборону в Славянске, в тылу медленно, но верно возникала анархия. Единого штаба за два месяца так и не было создано, единого правительства Новороссии тоже. Царев изобретал флаги, Болотов планировал что-то свое, в Донецке то возникал, то растворялся призрак Ахметова и его людей.

Кто запамятовал, поднимите новости и сводки за май-июнь и в них можно обнаружить, что основные события происходили в Славянске и Краматорске.

За два месяца (май-июнь) укрепленных позиций вокруг Донецка создано так и не было, контроль над границей начали устанавливать в конце июня, мобилизацию толком не провели, финансовую систему не наладили, даже воиские части на территории областей оставались под контролем Киева.

В чем причины — неорганизованность? Или саботаж?

Так или иначе, Кремль становлению республик помощи не оказывал. Это факт. Если бы в Кремле решили помочь с государственным строительством ДНР и ЛНР, то уже в мае там появились бы консультанты и все завертелось бы «со скоростью Крыма».

Точно так же, Кремль не оказывал помощи и Стрелкову, занявшему оборону в Славянске и Краматорске.

Военторг в полную силу заработает позже, когда Стрелков выйдет не только из Славянска, но и вообще покинет Новороссию. А в мае и начале июня полк Стрелкова пользовался трофеями и оружием, купленным на деньги частных спонсоров как из Донецка, так и из России. Если вы посчитаете, то для обеспечения полка обычным стрелковым оружием нужно не так уж много денег, найти их в Донецке, а тем более в России — не такая сложная задача, учитывая масштаб и резонанс событий.

Если бы Москва оказала в мае-июне военную помощь хотя бы в половину от той, которая была оказана позже, при августовском наступлении, то Славянск не пришлось бы оставлять. Наоборот, украинским войскам пришлось бы оставить гору Карачун и отступить на отдаленные позиции.

Почему Кремль медлил с помощью?

Очевидно, что расчет делался на захват Славянска украинскими войсками с уничтожением большей части гарнизона, что привело бы к военному поражению Новороссии.

Захват Славянска в течение мая и наступление на Донецк и Луганск, которые не были готовы к обороне (и без славянского гарнизона их некому было бы надежно защитить) стал бы приговором для ДНР и ЛНР.

Вероятно, этого Кремль и ожидал.

Оправдание для общественности у Кремля уже было — отказ отложить референдум, отсутствие легитимных властей и целый набор «отмазок», распространенных в то время в обществе (наши мальчики не должны там умирать, все шахтеры работают на Ахметова, мы не можем рисковать началом третьей мировой и далее по списку).

Но Стрелков оказался гораздо более эффективным командиром, чем предполагали в Кремле, боевой дух славянского гарнизона оказался высок, а готовность украинской армии к войне наоборот оказалась слишком низкой.

Поэтому быстрого падения Славянска не случилось.

Война затянулась и приобрела неприемлемый размах.

Ситуация для Кремля резко усугубилась, когда Стрелков с гарнизоном оставил Славянск и переместился в Донецк. Это окончательно ломало план по военному поражению Новороссии.

Со своей бригадой (полк вырос до бригады) в Донецке Стрелков мог бы организовать еще более длительную оборону, чем в Славянске. Военное поражение Новороссии могло затянуться до зимы, а могло и наоборот обернуться победой, если стойкость Донецка окончательно уронит дух украинской стороны и наоборот поднимет его среди сторонников Новороссии, вызвав приток добровольцев, оружия и спровоцировав восстания в других городах юго-востока Украины.

И Кремль убрал Стрелкова.

Устранить Стрелкова физически было сложно, хотя такая попытка тоже предпринималась (имел место как минимум один теракт около штаба ополчения).

Чтобы Стрелков гарантированно покинул Новороссию, было поставлено условие — военная помощь в обмен на выход из проекта.

Отказаться от предложения было нельзя.

Если Стрелков отказывается — Кремль начинает работать против него. Стрелков должен был понимать, что если против него будут настраиваться другие командиры ополчения, это может оказаться фатальным. А если Москве будет очень нужно устранить его, то появятся специалисты, которые не промахнутся.

А за добровольный выход — обещание военной помощи, которая была очень нужна армии Новороссии.

Что выбрал Стрелков, мы знаем. Мог ли он сделать другой выбор? Вряд ли. Другой выбор был похож на решение остаться в Славянске. Он продержался бы наверное еще месяц, максимум два, но исход был бы предрешен и он был бы печален не только для Стрелкова лично, но и для Новороссии вообще.

Августовское наступление.

Это может показаться странным, но августовское наступление — тоже действие, направленное на сохранение единой Украины.

Чтобы понять это, попробуйте ответить на вопрос: можно ли было подписать минские соглашения, если бы украинские войска не были частично разгромлены, а оставшиеся отодвинуты от Донецка и Луганска?

Если бы украинские войска продолжали обстреливать Донецк и Луганск, никто в Киеве не согласился бы на перемирие. Подписанию минских соглашений предшествовал доклад Гелетея о тяжелых потерях, после чего Порошенко дал большое интервью журналистам, объяснив всю тяжесть ситуации. Одновременно с этим, по всей Украине прошли митинги против отправки новобранцев на фронт, за прекращение войны. Ничего этого не случилось бы, не будь в августе наступления войск Новороссии.

Был и другой фактор. Оказанная Кремлем военная помощь «за выход Стрелкова из проекта» могла привести к тому, что ополчение в какой-то момент само пойдет в наступление и это будет уже неконтролируемый процесс.

Если наступление трудно предотвратить — его нужно возглавить.

Судя по событиям, Кремль договорился с командирами, что наступление будет поддержано дополнительными поставками и «услугами военных специалистов», но с условием, что оно остановится в строго определенный момент.

Огрызок Новороссии.

Граница, на которой было остановлено наступление и подписаны минские соглашения, определена так, чтобы ликвидировать большинство угроз для Донецка и Луганска, но не давать ДНР и ЛНР много территории.

Анонсируя мирный план, президент России говорил: «нужно прекратить обстрелы городов».

Этой фразой и определялись границы. Правда обстрелы прекратились не полностью, украинские войска остались в аэропорту, Авдеевке и Песках, что позволило продолжать удары. Почему так произошло? Потому, что Кремль решил перестраховаться.

Слишком сильный разгром украинских войск и слишком большая территория, полученная ДНР и ЛНР — это могло сорвать мирный план. Украинские войска, потеряв возможность обстреливать Донецк, могли откатиться слишком далеко. ДНР и ЛНР, получив большую территорию, стали бы менее зависимыми.

Чем меньше территория — тем меньше шансов создать что-то похожее на Новороссию.

Огрызок, обреченный на прозябание, зависимость от гуманитарной помощи из России с одной стороны и зависимость от социальных выплат из Киева с другой, обремененный угрозой обстрелов со стороны украинских войск и многочисленными социальными проблемами — именно то, что нужно было Кремлю чтобы проект Новоросии «рассосался сам».

Устанут и передумают.

Если ДНР и ЛНР отказались в свое время отложить референдум, нужно создать ситуацию чтобы население пожалело о своем выборе, забыло о нем и согласилось на свой прежний статус — быть регионами в составе Украины.

И это не месть за непослушание, это просто прагматичное движение к заданной цели — сохранению целостности Украины.

Для достижения этой цели нужно поддерживать ситуацию неустроенности и беспорядка, социальной незащищенности, бедности, экономической несостоятельности, непризнанный статус и далее по списку.

Но одновременно с этим с украинской стороны границы должна быть стабильность и Киев должен демонстрировать, что готов обеспечить мир и порядок, если регионы вернутся под его контроль.

Задача непростая, но Кремль последовательно добивался ее выполнения, налаживая отношения с Киевом и показывая руководству и жителям ДНР и ЛНР, что признавать их независимость Москва не спешит, а с Киевом дела ведет. Как бы подавая пример, что надо переходить от войны к диалогу. А там можно будет обсудить и условия возврата в состав. Логика Кремля была и остается такой: все можно решить миром, если захотеть…

Удар пришел, откуда не ждали.

Случилась незадача. Президент Украины своей рукой оттолкнул Донбасс, подписав указ, согласно которому выплаты пенсий и социальных пособий на неподконтрольных территориях прекращаются, а оставшиеся органы власти эвакуируются.

Хотел ли Порошенко тем самым целенаправленно навредить России (назло Кремлю дать независимость Донбассу) или решал свои политические задачи, которыми было продиктовано решение об экономической блокаде ДНР и ЛНР — не так важно.

Важно, что Порошенко своим указом вставил палку в колеса в тот момент, когда Кремлю уже почти все удалось. Два месяца перемирия (пусть и с обстрелами), наметившийся диалог, на ключевых постах в ДНР и ЛНР нужные люди, воинственные командиры либо отстранены, либо понижены в полномочиях — не за горами окончательный мир, переговоры о статусе ДНР и ЛНР в составе (!) Украины, федерализация и постепенный возврат к благостной для Кремля ситуации, когда Россия сама по себе, а Украина сама по себе. Пусть даже там маршируют бандеровцы и в Раде выступают националисты. Главное, чтобы торговле не мешали. Как при Ющенко, например.

Почему же Порошенко так поступил?

Мир в том виде, в котором он организован в соответствии с минскими соглашениями (вернее с минским сговором) выгоден только Кремлю и никому больше.

Ни Донбассу, ни Киеву мир в текущей конфигурации не выгоден. Для Донбасса такой мир означает возврат в состав Украины (получается, что зря воевали, зря терпели обстрелы и так далее), а для Киева мир не выгоден как таковой, в силу внутриполитических причин. Киеву по-прежнему нужна маленькая победоносная война. Или не очень маленькая. И даже не обязательно победоносная. Но война. Потому что война позволяет расправляться с оппонентами под лозунгом чистки рядов, списывать экономические проблемы и… воровать. Если вы думаете, что на Украине все уже украдено, то это совсем не так.

Кремль не мог не понимать, что перемирие в соответствии с минскими соглашениями очень неустойчивое. Но расчет, очевидно, был сделан на то, что в ДНР и ЛНР расставлены свои люди и они на нарушение договора не пойдут, а Киев оценит усилия Москвы по сохранению целостности Украины и не будет делать резких движений.

Руководство ДНР и ЛНР не подвело. А вот Киев очередной раз продемонстрировал свою непредсказуемость и недоговороспособность.

Не удивительно, что слова «Мне кажется, что это большая ошибка, потому что они собственной рукой отрезают эти регионы. Зачем?» Путин произнес с явной досадой.

Действительно досадно получилось. Не вышел каменный цветок.

Столько усилий — публично просили отложить референдум, получили досадный отказ от маленьких, но гордых республик; ждали, когда украинские войска снесут Славянск, терпели критику из стана патриотов; вытаскивали из проекта неудобного Стрелкова; оказывали военную помощь, договаривались чтобы она использовалась по назначению и только до определенных рубежей; приложились к «незапятнанной кровью руке» в Минске; снова терпели критику от патриотов; подбирали надежных людей в руководство и командование ДНР и ЛНР, чтобы не подвели, чтобы не рванули в новое наступление, и…

Я уже не говорою про несколько тысяч погибших под обстрелами. Про них-то в Кремле наверное вспоминают меньше всего, свечка за них уже была поставлена, на этом вопрос закрыт. Но все остальное — такая трудная политическая игра на протяжении полугода, которая велась с одной единственной целью — вернуть Донбасс в состав Украины — и неужели все зря?

Здесь у вас наверняка возникнет вопрос:

А зачем Кремлю так нужна целостность Украины?

Ответ, который лежит на поверхности — чтобы сняли санкции. Отчасти это верно. Есть такая цель. Но это не главное.

Главное — в другом.

Целостность Украины нужна Кремлю чтобы сохранить государственное устройство и экономический уклад на пространстве бывшено СССР. Включая, конечно же, собственную политическую и экономическую систему, то есть либеральную демократию и сырьевую экономику России.

Казалось бы, какая связь?

Все просто:

Распад Украины перечеркнет исходный посыл, на основании которого был произведен раздел СССР и переход от социализма к либерально-демократической модели экономики и государственного устройства.

А если окажется перечеркнута предпосылка раздела СССР (он же переименованная в 1917 году Российская империи), отправная точка реализации либерального проекта на ее осколках, за этим последует…

Но об этом мы поговорим в следующий раз.

Александр Русин

Источник: amfora.livejournal.com


Читайте также:

Добавить комментарий