Сергей Здрилюк: мой позывной «Абвер», но я ненавижу нацистов | Информационные технологии. Обзоры устройств, комплектующих

Один из лидеров ополчения Донбасса – Сергей Здрилюк, известный под позывным «Абвер», возглавлявший контрразведку провозглашенной Донецкой народной республики, а затем бывший и заместителем командующего Вооруженными силами ДНР Игоря Стрелкова, в эксклюзивном интервью корреспонденту Крыминформа рассказал об обороне Славянска, формировании ополчения, а также о многих, до недавнего времени неизвестных фактах боевых действий.

Сергей Здрилюк родом из Винницкой области и считает себя патриотом Украины, однако не той страны, которая окуталась красно-черными флагами и чествует лидеров украинских националистов, а государства, в котором признаются равноправными все ее граждане, вне зависимости от национальности и политических убеждений.

Он закончил в 1993 году Симферопольское высшее военно-политическое училище, служил офицером в одном из подразделений украинской армии в Крыму, затем – военная контрразведка Службы безопасности Украины, налоговая милиция, занятие бизнесом.

Сергей резко не воспринял события на Майдане и в конце февраля нынешнего года записался в крымское ополчение, затем с группой Игоря Стрелкова отбыл на Донбасс, в частности, в Славянск. В настоящее время украинские спецслужбы считают его одним из первых в списках на ликвидацию как главного террориста и угрозу целостности страны.

Сейчас уже стало известно, что в Славянск ваше подразделение во главе с Игорем Стрелковым вошло в числе 58 человек. Почему был выбран именно этот город?

Это было 12 апреля, когда мы зашли в Славянск. Нас было 58 человек под командой Игоря Стрелкова. Почему это был именно Славянск? Понимаете, небольшой группой установить контроль над крупным городом и удержать его, просто бы не удалось. А Славянск стал отправной точкой, своеобразным базовым и координирующим центром сопротивления на востоке Украины.

Местное население вначале не поняло, кем мы являемся и называли нас «зелеными человечками», потому что мы были одинаково экипированы. А в принципе, сразу начали нас воспринимать как освободителей. Мы заняли горотдел милиции, СБУ, затем горсовет.

Я хочу сказать, что мы не устанавливали там власть, а помогали местным, которые были не согласны с тем, что происходит в Киеве. Мы пытались договориться с мэром, который был на тот момент в Славянске, но понимания так и не нашли, хотя в начале это понимание было. Отношения в дальнейшем просто не сложились. Затем нашелся местный активист Вячеслав Пономарев, который стал народным мэром.

Хочу отметить, что большое количество местных жителей изъявило желание пополнить ряды народного ополчения. У нас не было чем их вооружать, поэтому на блок-постах многие стояли с палками, охотничьими ружьями, газовыми и травматическими пистолетами.

Когда было принято решение о выходе из Славянска в начале июля, численность ополченцев достигала примерно 5-6 тысяч человек.

Украинская армия целенаправленно била по жилым домам в Славянске?

Безусловно. Они знали все наши позиции, их координаты и все остальное, но били по жилым домам. Первый серьезный обстрел, если мне память не изменяет, был на праздник Святой Троицы. Били по центральной площади, по церкви, где находились прихожане. А там вообще не было и близко позиций ополченцев. Ни складов, ни штабов, вообще ничего.

В Славянске, вероятно, была и своя агентура, которая помогала украинским силовикам?

Было и такое, забрасывались также и диверсионные группы. Только при мне, когда я был начальником контрразведки, было обезврежено несколько таких групп, мы их выявили. Это порядка 10 человек, которых мы арестовали с прямыми доказательствами разведывательной деятельности против ДНР.

Что с ними произошло в дальнейшем?

Их всех отпустили.

Почему было принято решение об оставлении Славянска? Многие горожане, с которыми я лично там общался, просто были в недоумении и шоке. Прямо говорили, что их бросили…

На самом деле, ни к чему хорошему, в первую очередь для них, а также для ополчения, дальнейшая оборона Славянска не привела бы. Это был тупиковый вариант. Мы все, по сути, находились в полном окружении, не было ни поставок боеприпасов, ни продовольствия. Выйдя из Славянска, мы сохранили как наши силы, так и жизни местных жителей.

Как получилось, что были отданы господствующие высоты над Славянском, в частности, небезызвестная гора Карачун?

Защищать было некому, и это правда. На горе Карачун тогда было всего шесть человек. Командовал ими старший лейтенант, командир украинской разведроты, который перешел на нашу сторону. Его позывной «Немец». Они тогда остановили наступление украинской бронетехники и подразделения, численностью до роты, на эту гору. Держались, как могли, подкрепления не было, им удалось успешно отойти.

По Вашему мнению, как будут развиваться события вокруг провозглашенных ЛНР и ДНР?

Будет очень тяжко, потому что спецслужбы Украины работают на достаточно высоком уровне, при хорошем финансировании, и поставленных целей они практически добились.

Сейчас ополчение Новороссии держится на патриотизме. Есть проблемы с обмундированием, с обеспечением продовольствием, денежным содержанием, снабжением медикаментами. Проблем много, на самом деле. Конечно, борьба отдельных групп за влияние приводит к этим проблемам. Речь идет не о борьбе за власть, поскольку прошли выборы, а о влиянии той или иной группировки за сферы влияния. Кто-то не хочет подчиняться центральным органам. В этой связи правильно делает лидер ДНР Захарченко, который все военные структуры замыкает непосредственно на себя. Так и должно быть.

Донецкий аэропорт, где продолжаются бои, реально стратегический пункт?

Нет, он таким никогда не был, скажем, на период весны-лета нынешнего года. Тогда мы не планировали его использовать по прямому назначению, как аэродром или аэропорт.

Приоритеты поменялись в связи с тем, что он находится в непосредственной близости от Донецка, и оттуда велись и продолжают вестись обстрелы города. Поэтому, конечно, необходимость в контроле над ним существует. И сейчас, он, безусловно, имеет важное значение.

Что можно сказать о потерях украинской армии на Донбассе? Украина говорит, что погибло чуть более одной тысячи. Вы с этим согласны?

Конечно же, нет. Речь может идти как минимум о 10 тысячах погибших. Только в Иловайском котле со стороны украинской армии и других подразделений, погибло не менее нескольких тысяч человек.

Они это все скрывают. Было много захоронений, которые они сейчас, заняв эту территорию, стараются перезахоронить и спрятать тела. У меня есть информация, что родным отсылали сообщения о том, что их сын, муж, брат, пропал без вести, дезертировал, погиб в уличной драке и так далее. Это все делается для того, чтобы не выплачивать материальную помощь как погибшему в боевых действиях.

Со стороны ополчения потери, лично по моим подсчетам, примерно более тысячи человек. Если говорить о мирных жителях, которые погибли от бомбардировок со стороны украинской армии, то их счет ведется уже на тысячи.

Не могу обойти вниманием тему, связанную с якобы участием регулярных подразделений российской армии на Донбассе, это действительно так?

Нет, никаких регулярных подразделений российской армии. Отдельные СМИ еще сообщают, что и десантники там задействованы, а также какое-то супервооружение. Ничего такого нет.

Я лично нигде не встречал ни одного российского военнослужащего. Граждане Российской Федерации в ополчении есть. Это и чеченцы, и дагестанцы, представители других регионов. Кроме того, о чем лично знаю и кого видел — это граждане США, Египта, Сербии, Болгарии, Армении, Афганистана, ФРГ и ряда других стран. Да, они приехали как патриоты и добровольцы, чтобы остановить наступление украинских неонацистов.

В целом в ополчении, или в армии Новороссии, примерно 85-90% местных, остальные – представители других стран.

К примеру, принимает участие в ополчении бывший генерал юстиции Роберт с позывным «Кобра». Он из Армении, приехал помогать Донбассу. Воюет в подразделении Безлера.

А что касается новейших систем вооружения?

Никаких новых систем нет. Все вооружение советского образца, со складов, а также захваченное у украинской армии.

Что сейчас с Безлером? Распространяются разные слухи по поводу его то ли гибели, то ли пленения?

Он был в Крыму, насколько я знаю, ни с кем не общался, вероятно, скоро выйдет на связь. Я уверен, что он жив и здоров, другой информации у меня нет.

Украинские СМИ сообщали, что якобы родные отвернулись от Вас, это соответствует действительности?

С матерью я общаюсь по телефону практически каждый день. А что касается украинских СМИ и спецслужб, то шурину пришлось взять вилы, чтобы они больше не заходили на наш двор. Это там, в Винницкой области, откуда я родом.

Поначалу мои родные принимали журналистов и сбушников, как это принято в селе. Наливали по сто граммов, угощали и, по доброте душевной, все рассказывали, а потом, когда украинские СМИ начали все перекручивать и переворачивать и сообщать обо мне гадости, родные просто взялись за вилы.

Сейчас возникли проблемы у старшего брата, он находится под арестом. И объявили, что его брат, то есть я, являюсь личным врагом президента Украины Порошенко, поэтому моего брата ждет срок. А украинские спецслужбы вообще, по имеющимся данным, записали меня первым в списки на ликвидацию – как главного террориста.

Пока явных угроз остальным моим близким нет, но я этого не исключаю. Да, есть и такие односельчане, которые, проходя мимо нашего дома, плюют на ворота, но большая часть поддерживает с нашей семьей нормальные отношения.

Ваши взаимоотношения с Игорем Стрелковым? Некоторые его сравнивают с легендарным команданте Эрнесто Че Гевара, изображают неким революционным романтиком…

Я его знаю под именем Игорь Иванович Стрелков. Романтики в его действиях, насколько я это мог ощутить, находясь с ним рядом, не было. Он очень четкий и грамотный командир, возможно, здесь сказался весь его предыдущий опыт боевых действий. Это полководец, полководец нового времени. Все решения, практически принимал единолично.

Благодаря именно его решениям у армии ДНР были такие небольшие потери, в сравнении с украинской армией. Он никогда не посылал людей на верную смерть, а всегда думал перед тем, как отдать тот или иной приказ.

Вы с ним общаетесь?

Да, планируется в ближайшее время встреча, где – не могу сказать.

Почему Вами был выбран позывной «Абвер»?

Это еще до всех событий было, служил в военной контрразведке, поэтому сослуживцы с тех пор меня так и называли.

Что в первую очередь вспоминается после боевых действий?

Вспоминается дружба, братство, дух взаимопонимания и взаимопомощи, поддержки и патриотизма, которого я не встречал нигде.

Сейчас я нахожусь в Крыму, работаю, занимаюсь параллельно отправлением гуманитарных грузов в Донецк. Это, в первую очередь, медикаменты, что наиболее необходимо.

Собираетесь возвращаться на Донбасс?
Если Родина прикажет, то буду там. Если честно, душа болит, конечно, потому что когда Украина находится под влиянием красно-черных флагов неонацизма, то ни один патриот Украины, к которым я себя отношу, поскольку родом из Винницкой области, не может спокойно наблюдать за происходящим.

Источник: c-inform.info


Читайте также:

Добавить комментарий